Эдгар Лейтан (edgar_leitan) wrote,
Эдгар Лейтан
edgar_leitan

Category:

Околоакадемические нашлёпки: филологи и философы



Регулярная утренняя рецитация изучаемых санскритских, тибетских, арабских и др. текстов действует умственно освежающе, подобно прохладному душу или чашке хорошего чая. Для философа это непонятно; для филолога — экстравагантно. Осколки позабытой древности, подобные микросхемам, болтающимся в ушах у дикаря...


Наблюдаемое в востоковедной или иной академической среде презрение к филологии, как к низкой и презренной служанке, в лучшем случае: "Это всего лишь филологическая интерпретация!" Хотя С. С. Аверинцев называл филологию "науков понимания" в своей статье "Похвала филологии".

Что ты из этого нудного занятия вынес? — спросят у филолога-востоковеда, несколько семестров прозанимавшегося какими-нибудь "Вайшешика-Сутрами" с комментарием Чандрананды (к примеру). А потом попутно окажется, что занятия не продвинулись дальше начала, — каких-нибудь 3-х страниц печатного текста. Невнятный ответ филолога, что он обращал сугубое внимание на трудности понимания нюансов и возможность множества интерпретаций, и вообще на целый ряд сложностей и проблем текста, не удовлетворит философа. Тому надо сразу, и — по возможности — всё. Удовлетвориться меньшим он не способен, по детскому максимализму своей натуры. Записной зануда-филолог удовлетворится малым, и найдёт в том радость и удовольствие, и богатую пищу для ума, как и для назидания.

Настоящий, честный филолог неспособен быть интеллигентом, то есть претендовать на роль душпастыря народа — в русском стиле. Он знает своё место специалиста, пытающегося понятъ собственный материал (каков бы тот ни был). На "руководящую и направляющую роль" у него нет ни времени, ни сил, ни душевной потребности. Настоящий филолог по роду своих занятий смиренен. Философ — кичлив и самоуверен. Если он не Мамардашвили или Веничка Ерофеев...

Что толку от философствования на ложных основаниях, исходящего из причудливых фантазмов, порождённых умом, опьянённым иллюзией собственной мощи? Проблематичные или вовсе ложные переводы восточных текстов, а также уверенность в своей филологической самодостаточности: вот Сцилла и Харибда, между которыми философ должен проскочить, сими чудищами неуязвлённый. А иначе что? Очередной Зильберман в социальной роли истопника или дворника. Хотя — почему бы и нет?..

Один лишь перевод без философского осмысления содержания (имею в виду "философских" восточных трактатов)— не только недостаточен, но и в принципе невозможен. Вывод: филолог, компетентно работающий с материалом по индийской философии, не может не уметь философски мыслить. Только его скромность в том, что он осмысляет конечный продукт чужих мыслей, да ещё и лежащих столетия, даже тысячелетия назад, — не дерзая пока что выдвигать своих. Нет искушения оригинальничаньем: поинтересничать!

Филолог — пролетарий умственного труда, сродный уборщице или строителю. Этот рабочий муравей не покладая рук трудится над созданием, например, хороших критических текстов, которыми смогут пользоваться поколения — столетия после него; или словарей, которыми пользуются вообще все. А в ответ он видит презрительные усмешки философствующих оригиналов: "Скучный зануда!"

На ум приходит давнее, советской ещё поры: "Уважайте труд уборщиц!" Филолог — уборщик, разгребающий мусор столетий или тысячелетий, воссоздающий и полирующий текст, созидающий фундамент, на который потом сбегаются умники, гораздые из мыльных пузырей своих мыслей выдувать замки, которые быстренько лопаются, не оставляя долгой памяти. Первых назовём специалистами своего дела. Вторые, будучи втянутыми в групповые или коллективные ролевые игры, называют сами себя интеллигентами.

Увы, и иные из современных молодых филологов ограничиваются только языками, которые им непосредственно "нужны". Ныне большинство авторов якобы публикуется на английском. Что это значит? — немецкий и французский, обязательные для всякого серьёзного индолога ещё среднего и старшего поколения, для молодого, самоуверенно-прыткого начинающего востоковеда "не обязательны". "Всё равно всё переведено на английский!"

Глупая иллюзия. Во-первых, далеко не всё! Во-вторых, возводить свою ограниченность в степень нормы — глупо. Но они точно знают, с какой стороны у бутерброда масло. И уверенно делают карьеру. Хорошо бы ещё, чтоб не по головам других шагали...

Степень причастности опытному знанию, неизмеряемая количеством поверхностных публикаций, остаётся под большим вопросом.
Tags: востоковедение, личное, размышления, филология, философия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments