Эдгар Лейтан (edgar_leitan) wrote,
Эдгар Лейтан
edgar_leitan

Categories:

Замечание к вопросу о кризисе христианства



В настоящее время повсеместно принято говорить о кризисе христианства. Одни твердят об этом с радостью, другие печалятся. Но все сходятся в одном — что христианство, знакомое и милое многим по музейным артефактам, или структуры общества и государства, долгое время считавшиеся христианскими, безвозвратно уходят в прошлое.


Этиологией этой болезни называют секуляризацию и воинствующий либерализм. В нынешней России лечение полагают в диктатуроподобном режиме и в сращении Церкви с государством. Всё это похоже на "оживление" разлагающегося трупа с помощью гальванизации электрическим током. Руки-ноги судорожно дёргаются, а окружающим зрителям, зажимающим от источаемого смрада носы, радостно говорят: "Смотри, воскресает, ещё чуть-чуть!.. Только ненавистных врагов добьём, только окружим себя великой стеной, а там..." Не будет никакого "там"… Устроители подобных шоу, видимо, даже не подозревают, насколько их т. н. "церковь" в лице официальных заявлений иерархов и действий мирских фанатиков является отвратительной пародией на свидетельства о Христе, которые находим в Новом Завете, да и в самом историческом христианстве.

В Европе, в которой, к счастью, почти нигде уже не сыскать церковно-государственнoго симбиозa, Церковь католическая и евангелические конфессии тоже переживают не самые лучшие времена в смысле видимого успеха. Что ж, привычки приходится менять, привыкая к нарастающей критике общества, уже не готового легковерно относиться ко всякому бездоказательному заверению любого человека в рясе, сутане или орденском хабите. Скептикам хочется не стандартных, набивших оскомину слов о "спасении", но свидетельства жизни.

Христова весть не устарела, просто она устала от музейных клише источающих елей благочестивых фраз, за версту отдающих ханжеством или, по крайней мере, мёртвыми литературными красотами. Так же, как философия устала от зауми надуманного латинско-греческого воляпюка, призванного за словесными длиннотами и непонятицей скрывать отсутствие мысли. И серьёзная религиозная проповедь, как и философское осмысление жизни нуждаются в благодатном перегное слов, вырастающих из примитовной материи самой жизни, кому-то кажущейся скучной повседневностью. Такой философско-религиозной беседы, мастером которой был, например, Мамардашвили.

Вот и один из моих френдов ставит христианству неутешительный диагноз: "Как быть с душой, которая больше не стремится к высшему, к непостижимому, к недосягаемому — к той планке, которая поднята была только Христом и которую он до сего дня не опускал?" Проблема тут не в секулярном обществе и не в потере Церковью своих столетиями заточенных когтей (впрочем, в России эти когти и зубы снова начали заметно прорезываться...). Думаю, что ответ тут должен прийти только из глубин этой самой души, которая, по древнему определению Тертуллиана, "naturaliter christiana", "естественная, природная христианка". Я не думаю, что христианину должна быть всерьёз интересна футурология. Как написал когда-то Томас Мертон в одном воображаемом диалоге: "Что вы думаете о будущем Церкви? — Ничего. Я совершенно ничего об этом не думаю".

Да, "планку никто не отменял". Но я и не думаю, что в самые наихристианнейшие времена было много людей, всерьёз на эту планку оглядывающихся. Люди всегда скорее следовали своим порокам и слабостям, нежели требованиям "планки". Правда, — и это так, — так называемых "верующих" было безусловно больше, хотя бы в силу невежества масс. В наше время верующих христиан сделалось куда меньше, зато религиозных остаётся так же много. Религиозность, в отличие от веры, всегда скорее держалась и держится на естественном магизме человеческой души (вот вам и Тертуаллиан!), на глубоких страхах, на примитивных предрассудках, на плохо сублимированной злобе. Увы, с нерелигиозной душой дело обычно обстоит ещё гораздо хуже… Религиозность (и христианская религиозность — не исключение) — это горизонталь топкого болота, в то время как вера способна унести ввысь. Птичкой — порх, и нету...

Любовь и самопожертвование в духе христианской веры — действительно противоположны любым религиозным добродетелям. Это действительно — впервые в истории. В буддизме сострадание, сочувствие к живым существам исходит из рационально отрефлексированного понимания причинно-следственной связи явлений: от сострадания к существам будет хорошо в конечном счёте мне самому (тому потоку сознания, которое я считаем "самим собой"). В христианстве ожидание "награды на небесах" является либо хитрой подменой (опять же, для человека толпы), либо фразой, отсылающей к тому, что ни в коем случае (в отличие от буддийской "религиозной практики", к примеру) не гарантировано. Лишь возможно.

Тогда не совсем понятно, к чему эта оглядка на " человеческую душу вообще", а тем более на общество? На свою душу — да, и только. Однако такое перемещение внимания внутрь делает эту душу неподконтрольной, — ни секулярному обществу, которому дела до души нет, ни сообществу клерикальному, извлекающего из "духовности" свои вполне материальные дивиденды. Вот почему вера в Христову весть (маленькая свободная птичка...) столь ненавистна как радетелям о "благе общества", секулярным западным шаманам-футурологам, так и жрецам любой казённой религиозности. Хотя бы и христианской.
Tags: религия-общество, христианство
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 34 comments