Эдгар Лейтан (edgar_leitan) wrote,
Эдгар Лейтан
edgar_leitan

Categories:

Наброски заметок об индийской философии: санскритское введение в Ньяю и другие сюжеты



Некоторое время назад открыл для себя на Ютьюбе замечательного индийского юзера samskritabharati1, выкладывающего видеосюжеты с санскритскими лекциями различных традиционных пандитов на разные традиционные же темы классического индийского знания. Так что — всем интересующимся санскритом, его звучанием и разговорами на нём настоятельно рекомендую данный ВИДЕО-КАНАЛ! Способность достаточно свободно понимать санскритскую речь индийских учёных традиционного типа, а также умение в той или иной мере вести с ними беседы на санскрите является неплохой поверкой собственного знания (или наоборот!) этого замечательного, в совершенстве тысячи лет назад описанного, но неописуемого языка, носителя великой и древней культуры, — тестом, подобным университетскому экзамену-rigorosum. Хотя, надо с некоторой печалью признаться, от западных санскритологов никто не требует с обязательностью свободного владения санскритом на разговорном уровне. Но всё же, но всё же...


Даже и просто слушая, даже и без особого понимания, данные лeкции на не самом простом, поскольку насыщенном специальной терминологией, санскрите, всякий желающий сможет лишний раз убедиться, что древний "язык богов", вопреки нередко бытующим утверждениям, никогда не являлся и не является "мёртвым" языком.

В представленной мною ютьюбовской лекции пожилого пандита-философа даётся относительно простое (для понимающих санскритскую речь, конечно) введение в важнейшую и до сих пор творчески в Индии живущую систему философского реализма, называемому Ньяя. Иногда её переводят, как "индийская логика", что не совсем корректно, поскольку в Ньяе, в отличие от Европейской Традиции, проблемы логики неразрывно сопрягаются с гносеологией (теорией познания). Также, хотя в названии видеоклипа указано "Введение в научную систему Ньяи", следует иметь в виду, что что перед нами устные пролегомены в синкретическую систему, как она представлена в своём позднейшем развитии: ньяя в сопряжении с натурфилософией, т. н. вайшешикой.

Южноиндийский пандит Дорбала Прабхакара Шарма в своём введении, даваемом совершенно в традиционном стиле, и предварённом, по древнему же обыкновению, речитативным распеванием способствующих успеху всякого серьёзного интеллектуально-духовного предприятия т. н. "мангала-шлок", рассказывает вначале об основных топиках или темах (падартхах) системы ньяя, толкуя соответствующие сутры (sūtra — краткие формулы-афоризмы), содержащие информацию в крайне сжатом, компримированном виде (нередко в виде простого именования или даже понятного лишь для посвящённого намёка) о тех или иных положениях этого философского учения, а также некоторые положения из древнейшего и авторитетнейшего комментрия на Ньяя-Сутру, называемого, за отсутствием или некогдашней потерей традицией собственного его названия, просто "Комментарием" (Бхашья), автор которого — Ватсьяяна (ок. 4 в. от Р. Х.), и сочинённого менее чем через столетие после кодификации большинства Сутр в один авторитетный корпус.

Сутры традиционно предназначены для заучивания студентом наизусть, и слушатель может убедиться, как пандит их наизусть же и цитирует, начиная с самой первой, в которой даётся простое перечисление всех тем/топиков ньяи, так и другие, последующие, в которых называются, к примеру, средства познания [в русской индологии почему-то укоренился пусть и красивый, но несколько уводящий в сторону перевод термина "прамана/мана" (pramāṇa/māna) как "источник(и) познания"] или типы объектов познания и т. д.

Однако то живое мыслительное беспокойство, что в древней Индии предклассической эпохи начиналось как расцвет и умножение независимых кружков или школ мысли, группирующихся вокруг авторитетного мыслителя, то есть как различные учения (тантра/сиддханта: tantra/siddhānta) о "правильном", систематическом, методическом мышлении или рефлексии, рассуждении (tarka), а также об искусстве философской дискуссии и дебатов (вада: vāda), постепенно оформившиеся в "школу" ньяя, с одной стороны, с другой — позже сливаются с учениями древнеиндийских онтологов и натурфилософов-вайшешиков, тщательно категоризировавшиx всё сущее, всё "видимое и невидимое", образуя в конечном итоге некую синкретическую школу мысли. Эта сопряжённая и далее поколениями мыслителей творчески развитая ньяя-вайшешика в виде т. н. "новой ньяи" (navyanyāya) дожила в традиционном виде аж до наших дней преимущественно в среде санскритских пандитов региона Митхилы. С одним из таких традиционным пандитов много общался и Ф. И. Щербатской, что в то время было довольно большой редкостью.

Из других славных европейских многознатцев, работавших с традиционными пандитами, следует назвать учителя Щербатского, венского профессора Георга Бюлера (русской публике он, наверное, больше известен как автор Щербатским же переведённого учебника санскрита, "бюлера"). Также приходит на ум работавший тогда, на рубеже 19/20 вв., на англичан в Махараштре (в Dekhan College) немецкий профессор Франц Кильхорн, автор великолепнейшей грамматики санскрита и знаток туземной традиции санскритского языкознания.

Так вот, пандит на видео, после объяснения некоторых фундаментальных положений из т. н. Ньяя-Сутры "глазоногого" Гаутамы-Акшапады (gautama, akṣapāda), плавно переходит к комментированию базовых вайшешика-сутр "Зерноеда"-Канады (kaṇāda), иначе прозываемого "Совой" (Улука: ulūka). В отличие от падартх (padārtha) ньяи, которые являются "топиками", вайшешиковские падартхи следует понимать именно как философские "категории" (желающий может сам погуглить или заглянуть в любой приличный философский словарь, чтоб понять, чем "категория" отличается от "темы").

Собственно, изложение на санскрите пандитом Д. Прабхакаром ньяи(-вайшешики) представляет из себя несложный, практичесли пословный комментарий на сутры как Гаутамы и Канады, так и отдельных высказываний ватсьяяновской "Бхашьи" (nyāya-bhāṣya), обрисовывающий для начинающих контуры системы мысли, известной как Ньяя-шастра (nyāya-śāstra). Ностальгически-сладостная атмосфера этой дисциплины систематического мышления заставляет нас на крыльях воображения перенестись в древнюю Индию, для которой время не играет существенной роли, в ситуацию, подобную тем, что бытовали во времена оны, в кружок внимательных и почтительных учеников, собирающихся у ног своего Гуру или Ачарьи (guru = ācārya), известного в той или иной местности, а то и по всей Индии, мыслителя.

При всей важности для индийской традиции принципа ученичества, а значит — почтительного отношения к Учителю, традиции философствования по-индийски, развившиеся во многом именно благодаря нескончаемым мыслительным контроверзам изощрённейших, гениальных схоластов, предполагают специальное развитие критического мышления.

Особых стратосфер пытливая мысль древних и средневековых сынов страны Бхарат достигла именно в школе "Новой логики", сопряжённой с онтологией натурфилософов-вайшешиков, а также в буддийской т. н. "Прамане" (эпонимом которой является великий Дхармакирти), по прихоти исторических обстоятельств исчезнувшей в начале 2-го тысячелетия в самой Индии (из-за Kulturpolitik мусульманских завоевателей), но продолжившей своё славное и творческое существование в куррикулуме тибетских монастырских университетов.

Дожившая до наших дней школа Ньяя со своим изощрённым интеллектуализмом (пусть его телеология и религиозна, сотериологична по заданности своего вектора) является ярким опровержением распространённого среди многих западных любителей и адептов "индийской мудрости" убеждения, унаследованного с лёгкой руки Шопенгауера, теософов и много путешествовавшего на Запад неоиндуистского мыслителя-мистика и проповедника Вивекананды тезиса о том, что в Индии, дескать, не было критического, философского мышления, подобного европейскому, но лишь его „превосходящая по уровню“, "недуалистичная" религиозная мистика и видение всеединства.

Однако тот факт, что целью философии Ньяя является "апаварга" (конечное освобождение индивидуума от пут зависимого, феноменального существования, порождающего в той или иной степени различные виды страдания, — о чём тоже говорит наш санскритский лектор), ещё не делает её в узком смысле "конфессиональной", как можно сказать о существовании католической Religionsphilosophie или православной религиозной философии в смысле Парижской школы первой половины 20 века. Философская дисциплина индийских мыслителей найьяиков прекрасно уживается с различныеми религиозными традициями, будь то традиции самых разнообразных и причудливых толков -- шайвов, вайшнавов, шактов -- или другие. Картинка станет ещё более занимательной и непростой, если памятовать, что принцип теизма существовал в школах ньяя и вайшешика не сызначала, но был, вероятно, постепенно введён лишь позже.

Все эти мысли последовательно разворачиваются в сознании внимательного, восприимчивого зрителя-слушателя подобных выложенной видео-зарисовок, поэтому все те, кто интересуется Индией или просто историей магистральных путей и закоулков человеческого духа и мысли, приглашаются к нарочитому соразмышлению, сопровождаемому звуками древней речи ведических провидцев и благородных-арьев, напевом своим подобной тягучему медовому излиянию сочащегося из сот сокровенных небесных пчёлок нектару бессмертия, позволяющему хотя бы краешком слуха и малой гранью немощного сознания прикоснуться к ничтожной точке вековечной, безначально-бесконечной, бескрайней бездонности Сущего…
Tags: Индия, индийская философия, история философии, пандиты, санскрит
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 22 comments