?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

В юности во мне пребывало стойкое отвращение к философии. При этом с самого же раннего детства меня живо интересовала мировоззренческая проблематика. Как бы я сказал сейчас, онтологическая и экзистенциальная. Однако этот мой интерес был с детства же занят религией (католическим христианством), но его приходилось тщательно прятать до поры до времени. Философия ассоциировалась исключительно с "тремя источниками и тремя составными частями марксизма", а также с якобы "основным вопросом философии" — всевдопроблемой первичности. Ситуация усугубилась после школы, во время обучения в советском техническом вузе, когда надо было, помимо "Истории КПСС", слушать и сдавать "Марксистско-ленинскую философию" и "Научный атеизм", а также тошнотворнейшую "Политэкономию социализма".

По степени своей тошнотворности — в моём тогдашнем восприятии — философия могла конкурировать лишь с филологией и литературоведением, основой чего являлись всякие "типичные образы", "зеркала революции" и "лишние люди", а вечной и неизменной легитимирующей основой являлись, опять же, высказывания большевицкой Тримурти Маркса-Энгельса-Ленина. Что такое филология на самом деле, я понял лишь во время своих продолжительных востоковедных штудий, то есть лишь много лет спустя.

Ото всего этого удушья я сбежал в Духовную семинарию в Риге, где, помимо архаичного образования (к концу 1980-х это частично была всё ещё неосхоластика образца рубежа 19-20 веков, редуцированная до зазубривания всяких латинских "тезисов"), была великолепнейшая библиотека, содержащая всего гречески-латинского Миня (патрологию в несколько сотен томов) и книги по теологии и философии на самых разных языках. Будучи назначен библиотекарем, я мог запираться в библиотечной комнатушке ночью и жадно читать.

На моём втором курсе (между моими первыми вторым курсами семинарии прошёл год академического отпуска) христианскую философию нам читал пожилой отец-иезуит Станислав Ладусанс, родом из Латгалии, но большую часть жизни проживший миссионером и университетским профессором философии в Бразилии (по-латыни о нём можно почитать ЗДЕСЬ). Понять его латышский язык с сильным португальким акцентом было не всегда легко. Читал он нам выдержки из своих книг на португальском, что-то по "христианской экзистенции", но в памяти от этого почти ничего не отложилось. Зато запомнились рассказы о мелких прыгучих бразильских обезьянах, которые, разумеется, немедленно вызвали в памяти забавный образ знаменитой тётушки-миллионерши, супруги бразильского дона Педро.

Ещё один философский курс вёл назначенный лектором старший по возрасту сокурсник (по имени R. R.; потом он ушёл из семинарии и женился), имевший формальное философское образование (закончил Философский факультет Рижского университета). Нам он преподавал по каким-то своим конспектам то, что он считал "Введением в философию Фомы Аквинского". Там, как и на первом курсе, было много всякого про "субстанцию, акциденцию и экзистенцию", и иной схоластической философской абракадабры. На мои недоуменные и критические вопросы, а зачем изучать именно томизм (я с увлечением читал тогда французских экзистенциалистов и, кажется, Ницше), вполне догматическим тоном, но внутренне не очень уверенно отвечал, что "томизм является официальной философией Церкви". Меня это не убеждало, и я продолжал оппонировать. Как бы то ни было, ситуация оставалась подобной моим отношениям с марксизмом: предлагалось нечто заучивать, а для чего именно вот это, или как фукционирует мышление, и что такое философское мышление, оставалось совершенно непонятным. Вернее, и самих этих вопросов не ставилось.

Параллельно запоем читая всяких зарубежных и дореволюционных русских авторов, всяких Соловьёвых-Бердяевых-Флоровских-Зеньковских, которые были либо в старых и эмигрантских изданиях в семинарской библиотеке, или начали снова издаваться в позднесоветские годы, я начал понимать, что основным и практически единственным объектом так называемой "русской философии" является литература и её выдуманные герои ("типы"). Бердяев, по слову одной моей тогдашней рижской приятельницы-философини, "расширяет сосуды". Однако вся подлинная философия, по её же православному мнению, находит своё навершие и идеальное завершение в Отцах Церкви. Иначе говоря, всё то же самое, что мне было известно про христианскую схоластику — философия является своего рода служанкой теологии. И это надо было принимать как данность.

Основное, что я вынес из своих тогдашних семинарских штудий, что философия — это неимоверно скучно и вообще непонятно, зачем это и что это такое, когда есть религия и богословие. Всякий мировоззренческий или окололитературный монолог любого публициста и литератора норовил выдать себя за философию.

Когда я уже стал учиться в Венском университете, начиная с 1995 года, то первые два года магистерского курса (который был поделён на "первый и второй периоды обучения: erster und zweiter Studienabschnitt) на факультете католической теологии нам в основом читались философские курсы: всякие общие введения в философию, в историю философии, курс "христианской философии" (который был густо замешан на психоанализе), всякие спецкурсы по Аристотелю, по Гегелю и Канту и всё такое прочее.

Увы, что такое "философия", я тогда так толком и не понял, надо честно признать. Необходимость без какой-либо методологической помощи продираться сквозь чужие и откровенно чуждые моему мышлению тексты каких-то авторов (древних и современных) вызывали внутренний протест, переходящий в отчаяние. Это было ощущение хождения в плотно окружающей меня вате, при этом из пространства как бы выкачан воздух. Неприятное ощущение. К мышлению, как я его понимаю теперь, эти экзерсисы не имели отношения. Это были всегда акты заучивания для экзаменов или коллоквиумов (зачётов) неких не до конца понятных мантр, как бы паролей для прохода куда-то ещё: бесконечная анфилада комнат без зримой цели, придающей движению осмысленность. Учили чему угодно, каким угодно мировоззрениям и схемам, но только не самому мышлению как таковому.

Качественный перелом произошёл, когда один московский вьюнош-поэт, приехавший из РГГУ поучиться в Вену германистике (однако познакомились мы на лекциях Аверинцева, вместе сидели на лекции и семинаре у приехавшего в Вену в том же 97-м году же М. Л. Гаспарова и постепенно сдружились), после одной из наших продолжительных бесед подарил мне книжку А. М. Пятигорского, где под общим названием "Избранные труды" (Языки русской культуры: М 1996) были опубликованы его интервью, выступления, заметки и небольшой философский роман "Философия одного переулка". Погрузившись в Пятигорского, а потом и в Мамардашвили, я наконец стал постепенно понимать, о чём это на самом деле — то делание, что называют философией.

Помимо факультета католической теологии, я учился также на филологическом факультете восточным языкам и культурам (Южной Азии и Тибета, а также арабскому), и уже в первые годы 2000-х, когда моё знание санскрита и тибетского языков постепенно начало достигать определённого уровня (по крайней мере, как мне тогда самонадеянно казалось), позволявшего разбирать на упражнениях и семинарах философские тексты, я стал постепенно приобщаться маленькими шажочками к предметам брахманической и буддийской мысли.

Попытки понимания изначально совершенно чуждых моему мышлению буддийских и брахманических текстов осуществлялись через грамматический и содержательный разбор читаемых порций и отрывков. Процесс растянулся на много лет, поскольку не было конкретно очерченной цели, связанной с моими востоковедными штудиями. Я даже не особо надеялся, что удастся формально свои востоковедные курсы когда-либо закончить. Был лишь живой интерес к Индии, Тибету, буддизму, к конкретным предметам и аспектам духовных и интеллектуальных традиций, а также упрямство и желание продраться сквозь казавшееся непробиваемым. Всё это спровождалось чтением различных научных статей, монографий, подготовкой и сдачей экзаменов, а также элементарным выживанием (но речь здесь нe об этом).

В поиске содержательного и сравнительного подхода к текстам брахманической и буддийской (религиозной) философии я погрузился в чтение текстов философии европейской. Ключи здесь дали Пятигорский и Мамардашвили, так что теперь и Гегель, и Кант читались по-другому, дополняясь Гадамером и Хайдеггером. В свете изучения брахманической и буддийской (тибетской) схоластики мне совершенно по-новому открылась великая европейская схоластическая традиция (Ещё один немаловажный ключ, касающийся именно понимания схоластики, дал, как это ни странно, швейцарско-американский буддолог и первый европеец, получившим высшую учёную степень, возможную в тибетских гелугпинских монастырях -- Геше Лхарампа). Как я стал жалеть, что в своё время не попалось хорошего учителя, что сделал бы христианскую схоластику понятной, а не просто мертворождённым куском истории, каким её неумно пытаются выставить!

Особую роль сыграло углублённое преподавание нам в Вене логико-гносеологических традиций буддизма и брахманизма великолепнейшими ведущими в этих областях специалистами, а также регулярное общение со специалистами, приглашаемыми со всего мира. Одним и незабываемых эпизодов являлся курс по Дхармакирти в сравнительно-философском освещении, который вёл Джон Тэйбер из Нью Мексико. А потом устный экзамен по всему курсу, который длился больше часа. Я был единственным из нескольких десятков студентов, выбравшим эту форму вместо домашнего эссе.

Огромную роль в постепенном возрастании моего понимания того, как функционируют индийские интеллектуальные, культурные и религиозные традиции, сыграли и продолжают интенсивно играть труды американца Шелдона Поллока, немца Вильгельма Хальбфасса, итальянца Федерико Скварчини. Функционирование традиционных схоластических герменевтик, а также метакультурная проблематика понимания остаются, помимо прочего, в центре моих интересов.

Получается, что мой интерес к философии развился из фундаментального интереса к мировоззренческой проблематике, при изначально не очень благоприятных социальных условиях. Однако успешное развитие подобного рода мышления требовало многолетней востоковедно-филологической подготовки. Многолетние же теoретические и практические занятия христианской религией (монастыри, орденские общины и т. п., с их различными религиозными практиками вроде медитационных затворов, и социальными перформансами) дали то, что индийцы назвали бы "адхикарой", необходимой для понимания того, как вообщé функционируют религиозные традиции, укоренённые в какой угодно среде. Но для возможности подобной рефлексии необходимо равное отстранение от того, что ты считаешь как своим, так и чужим. Такое отстранение — важнейшая предпосылка для философской рефлексии.

Одним из небольших рабочих этапов осмысления себя в качестве именно философствующего, а не просто резонёрствующего субъекта явилось и это маленькое эссе. Также должно быть понятно, что телоса тут искать пока что не следует. Это просто так, как есть, как сложилось, а не так, как якобы быть должно.

Comments

( 30 comments — Leave a comment )
mikhail_bar
Oct. 8th, 2017 07:42 pm (UTC)
Интересно. Явные пересечения на Пятигорском,Гадамере,Хайдеггере. Правда мне впервые показал что такое мыслить - как ни странно, Лев Шестов, гонитель разума.
Совершенно согласен с Вами, что огромная часть курсов по части философии - не наводит на ситуацию мышления, скорее прививает отвращение. Сейчас правда отталкивает от мышления не советская идеология, не семинарская зубрежка - но болтовня, море болтовни, имитация мышления.
edgar_leitan
Oct. 8th, 2017 07:49 pm (UTC)
Даже хорошо образованный человек русской культуры, когда ему кажется, что он философствует, на самом деле производит всего лишь литературные тексты (в самом лучшем случае) на мировоззренческую тематику. Или болтовню, как Вы и сказали.
(no subject) - edgar_leitan - Oct. 8th, 2017 07:50 pm (UTC) - Expand
(no subject) - mikhail_bar - Oct. 8th, 2017 08:02 pm (UTC) - Expand
(no subject) - edgar_leitan - Oct. 9th, 2017 11:00 am (UTC) - Expand
nikaan
Oct. 8th, 2017 08:07 pm (UTC)
я философией заинтересовался в детстве - прочитаю книжку "философия" из серии "Я познаю мир". Недавно её пролистал -- очень дурно написано. Но что-то мне понравилось -- видимо, таинственность и непонятность. А потом ГА Черняков вёл семинар по Бадью для философов и математиков. Сам Бадью был не особо, но манера говорить, выражать мысли, и сторонние разговоры показали настоящего философа -- более таких понимающих людей (в области философии) я не видел. После общения с ним пошёл и Хайдеггер, и Мамардашвили, а потом и Гуссерль потихоньку.
edgar_leitan
Oct. 8th, 2017 08:11 pm (UTC)
Сквозь Гуссерля я пока что так и не сумел продраться. Хотя слышал и читал (всё у того же Пятигорского), что это важно :)
(no subject) - nikaan - Oct. 8th, 2017 08:57 pm (UTC) - Expand
edgar_leitan
Oct. 8th, 2017 08:21 pm (UTC)
Роль "таинственного и непонятного" в конце 80-х гг. для меня сыграла книжка Сатпрема "Путешествие сознания" (как оказалось, в переводе одного моего нынешнего френда и знакомого; это биография индийского мыслителя Ауробиндо Гхоша), ключевым образом подстегнувшим мой интерес к Индии. Однако в моём восприятии всё это было связано с религиозными поисками, а не с мышлением.
amritasilveria
Oct. 8th, 2017 08:26 pm (UTC)
Впервые узрев смерть, уже не спрячешься от вопросов (накрывающих тебя, как цунами, - о том, в какой мир изволили явиться и что он собой представляет), для меня-ребенка это было первым серьезным потрясением. Тогда же ошеломила грандиозность действа под названием "жизнь" и первое осознание неизбежности и своего ухода (я еще прикидывала, какие игрушки "взять"). Плюс вариации (по-гераклитовски неповторимые) этого переживания.

Возрожденческий гуманизм и симпатичные мне фигуры века 20-го (в т.ч. упоминаемые в вашем тексте) обусловили задачу (или даже сверхзадачу) – исследовать человека со всей возможной объемностью, не исключая его самого из результатов познания. Задачка та еще, жизни не хватит, но бацилла исследовательской лихорадки подхвачена, ничего не попишешь. Причем совсем не хочется загонять в схемы "человек – это то-то и то-то", мне тут динамика прежде всего интересна, способы конструирования мира, включая игровые, без привычных делений рацио/иррацио, а совокупно. Квантовый дух времени и современной гуманитаристики порождают мильон вагонов вопросов и еще тележку, но так еще интересней. Без философии жизни нет. Даже на Марсе. И она не способ достичь неких метафизических высот или прозрений, хотя и это тоже. Она прежде всего то, что помогает выстроить актуальную вселенную. Каждый день и час.


edgar_leitan
Oct. 9th, 2017 10:52 am (UTC)
Что такое "квантовый дух времени"?
(no subject) - amritasilveria - Oct. 9th, 2017 02:39 pm (UTC) - Expand
(no subject) - buddhistmind - Oct. 9th, 2017 05:11 pm (UTC) - Expand
buddhistmind
Oct. 8th, 2017 09:49 pm (UTC)
Философия - это Мудрость о жизни . Много Мудрости у Дхармакирти с Мамардашвили и Гадамером не найти...
evgenevg1
Oct. 9th, 2017 04:53 am (UTC)
"Мудрость о жизни"-психотерапевтически,временно, купирует травмы - следствия реализации этой самой жизни."Все пройдет"(все временно) вот пик философии.
(no subject) - buddhistmind - Oct. 11th, 2017 06:34 pm (UTC) - Expand
(no subject) - buddhistmind - Oct. 12th, 2017 11:44 am (UTC) - Expand
(no subject) - edgar_leitan - Oct. 9th, 2017 10:50 am (UTC) - Expand
(no subject) - buddhistmind - Oct. 9th, 2017 02:36 pm (UTC) - Expand
synchrozeta
Oct. 8th, 2017 10:46 pm (UTC)
Хорошо так написано, что сошлюсь на этот пост у себя!
edgar_leitan
Oct. 9th, 2017 10:53 am (UTC)
Спасибо.
(no subject) - synchrozeta - Oct. 9th, 2017 11:51 am (UTC) - Expand
(no subject) - buddhistmind - Oct. 9th, 2017 05:20 pm (UTC) - Expand
(no subject) - synchrozeta - Oct. 9th, 2017 08:30 pm (UTC) - Expand
(no subject) - buddhistmind - Oct. 9th, 2017 08:47 pm (UTC) - Expand
livejournal
Oct. 8th, 2017 10:53 pm (UTC)
Хороший интеллектуальный текст
Пользователь synchrozeta сослался на вашу запись в своей записи «Хороший интеллектуальный текст» в контексте: [...] очень содержательный пост: https://edgar-leitan.livejournal.com/289732.html?view=9511876#t9511876 [...]
sujanasi
Oct. 9th, 2017 06:00 am (UTC)
А о чем пишет Сварчини?
edgar_leitan
Oct. 9th, 2017 10:42 am (UTC)
У Скварчини есть интересные работы по герменевтике традиций Южной Азии, его подход мне близок. Он, например, издал сборник, и вот его введение в этот сборник: http://www.fupress.com/archivio/pdf/2318.pdf
(no subject) - sujanasi - Oct. 9th, 2017 11:19 am (UTC) - Expand
paia
Oct. 10th, 2017 04:05 pm (UTC)
А кто лучший европейский философ XX века?
( 30 comments — Leave a comment )

Profile

moj lik
edgar_leitan
Эдгар Лейтан

Latest Month

November 2017
S M T W T F S
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930  

Tags

Powered by LiveJournal.com